ПОСЛЕДНИЕ СОЛДАТЫ ИМПЕРИИ

"По делу о покушении на Анатолия Чубайса арестован первый подозреваемый - Владимир Квачков, 1948 г.р., полковник Генштаба в отставке.
Полковник Квачков - потомственный военный, выпускник Дальневосточного суворовского училища, с 1969 г. служил в войсках спецназначения. Сначала в Пскове, затем в группе советских войск в Германии, с 1983 г. – командир бригады спецназа ГРУ в Афганистане, где получил тяжелую контузию. После вывода войск из Афганистана Владимир Квачков командовал 15-й бригадой спецназа в Туркестанском военном округе, с бойцами которой прошел все горячие точки Советского Союза. Полковник награжден орденами, в том числе Красной звезды и Мужества, а также многими медалями. После отставки в 1989 г. работал в Центре военно-стратегических исследований Минобороны РФ. Оказывал консультационные услуги по вопросам безопасности различным коммерческим структурам. У следствия есть основания подозревать в причастности к нападению и 30-летнего сына задержанного..."

Картина предельно ясна. Дворец упыря стоит в том же посёлке, что и халупа полковника. Не вынесла душа спеца. Стал готовить засаду. Одно не расчитал - идти вдвоём на два танка и взод охраны практически без вариантов. Но пошёл...

...Только когда у этой власти под ногами начнёт гореть земля, когда их начнут убивать как крыс, тогда возможно до них начнёт доходить, что за всё зло принесённое ими в мир рано или поздно придётся отвечать.


"Мы не могли выбирать межу "честной" и "нечестной" приватизацией, потому что честная приватизация предполагает четкие правила, установленные сильным государством, которое может обеспечить соблюдение законов. В начале 1990-х у нас не было ни государства, ни правопорядка, - говорит Чубайс. - Нам приходилось выбирать между бандитским коммунизмом и бандитским капитализмом".

"Мои противники говорят, что приватизация провалилась, что она была направлена против интересов людей. Но я делал это не ради людей моего поколения, - подчеркнул Чубайс. - Я убежден, что через одно-два поколения люди взглянут на нас иначе, и чувство несправедливости у тех, кто придет за нами, исчезнет".

Разве это человек не заслужил пули?

Зурабов, приготовиться!


ПИСЬМО

Прощай, ухожу умирать.
Нас мало уже в батальоне
и нечего нам выбирать
на горном расстрелянном склоне.

Увы, таковы времена,
что выбора нет и исхода,
что армия гибнуть должна
во имя чужого народа.

А коль времена таковы, -
я тоже погибну к рассвету.
Но сын пусть дойдет до Москвы,
ты мне отвечаешь за это.

В. В.