December 11th, 2010

победа

ШЕСТНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД...




...Шестнадцать лет назад в эти часы я сидел на койке в техническом домике третьей эскадрильи моздокского авиаполка, превращённом за сутки стараниями всех в нём живущих из пустой промёрзшей кирпичной коробки без окон и дверей в офицерскую казарму и штаб 901-го батальона "спецназа" 45-го полка разведки ВДВ и комбат Коля Никульников ставил  задачи офицерам на следующий день. Мы уже знали, что утром начнётся ввод войск. Один из маршрутов выдвижения - через Ингушетию на Горагорск ваш покорный слуга за  двое суток до этого лично разведал, сделал видеосъёмку всех развязок, позиций чеченцев и даже видеосъёмку командиров. В последний момент всё чуть было не пошло прахом и разведка закончилась классической погоней, в которой меня и двух моих провожатых спасла только наша находчивость, мой язык и проходимость "Нивы" "особого отряда". Как потом оказалось, это был единственный маршрут, который был разведан, и по которому были видеоматериалы и точные данные. Такой тогда был бардак...

Никто в те часы ещё не знал, чем обернётся для всех нас, для русских, для чеченцев, для России этот ввод. Было тревожно и как всегда перед началом чего-то большого, зябко от адреналина в крови и предчувствия чего-то огромного впереди.

Сидели молча. Устало. С шести утра все были на ногах. Несмотря на то, что батальон был тогда, наверное, как ни одна другая часть  РА, боеготов, дел было невпроворот. Приходилось дополучать боеприпасы, оружие, форму, снаряжение, пристреливать оружие, отрабатывать различные тактические элементы. Никульников ставил задачи ротам на завтра. Тогда мы ещё не знали, что для нас  война начнётся только через двадцать дней, когда полк, а точнее примерно три сотни спецназовцев как последний резерв утром первого января бросят двумя отрядами на помощь блокированным в городе подразделениям группировки Льва Рохлина и дивизии Бабичева и в грозненском аду 45-ый станет воистину легендарным, проявив высочайший профессионализм и отчаянную храбрость. Именно 45-ый переломит наступательный раж дудаевцев и начнёт очищать от них город ставший тенью города…

Но в эту ночь, мы всего этого не знали. Я не знал, что сидевшему рядом со мной молоденькому старлею Косте Голубеву, втихую изучавшему мой таджикский «печак», остаётся жить всего двадцать восемь дней, а зашедший к нам за батарейками капитан Андрей Зеленковский в этот чёрный для полка день восьмого января будет буквально размётан взрывом и от него найдут только кусок офицерского ремня…

Вся война была ещё впереди…

 

Но 45-ый был особым полком, а я предлагаю вашему вниманию воспоминания  офицеров и солдат 245-го мотострелкового полка о том, как полк готовился к этой войне и, возможно, вам станет более понятным, почему она столь страшным шрамом запеклась на нашей памяти... Collapse )