April 4th, 2010

победа

О! И Сергей Ервандович прозрел!


Картинка 91 из 353


М.Шалыгин: Сергей Ервандович, вот у меня иногда такое ощущение складывается, когда я наблюдаю за тем, что происходит в Министерстве обороны и Вооруженных силах, что слово "реформа" неприменимо, поскольку реформа предполагает некий изначальный план, а вот его то как раз, по-моему, нет.

С.Кургинян: Нет, он есть! Все совершенно понятно. Отделяем периферию армии от центра, создаем кадровое ядро, т.е. людей, которые будут убивать и умирать, все остальное делаем штатским, а между ними строим коммерческую связь. Что в результате происходит? Нет ни ядра, ни этих коммерческих штатских, ни связи. Все три компонента, на которые они хотят перевести армию, отсутствуют, а реформа превращается в катастрофу. А хотят они вестернизации армии. У них у всех есть единственная концепция, что большой войны не будет, а армию надо готовить к малым войнам, поэтому нужны мобильные бригады и все прочее. Китай готовится к большой войне, Соединенные Штаты, все НАТО готовится к большой войне, Индия готовится к большой войне, все готовятся к большой войне, даже Судан готовится к большой войне – только мы готовимся к малым войнам! При этом мы говорим, что мы теперь наконец-то действуем так же, как все. Мы действуем противоположным образом всем остальным!

http://www.kurginyan.ru/publ.shtml?cmd=art&theme=10&auth=&id=2281

А ведь как сердюковскую реформу защищал ещё совсем недавно!

М.Шалыгин. Сергей Ервандович, что называется, в продолжение ваших слов о министре обороны Сердюкове. Для меня очень важным явилось одно событие, когда стало известно, что были неуставные отношения в воинской части, то министр обороны уволил начальника космодрома, и от этого ничего не изменилось, земля не перевернулась.

С.
Кургинян. Я считаю, в принципе, что Сердюков продемонстрировал себя гораздо более эффективным, жестким и адекватным человеком на данном посту, чем это можно было ожидать, он в этом смысле поразил всех. Поэтому я никоим образом не хочу сказать, что данная элитная группа собирается только по каким-то принципам лояльности или какой-то особой приближенности. Это эффективные менеджеры.

http://viperson.ru/wind.php?ID=463408&soch=1


На одной передаче мы так схлестнулились, что только шерсть летела! Но и до него дошло. Что ж, в умении корректировать свою позицию я Сергею Ервандовичу не откажу. 



Спасибо patetlao за наводку.
победа

Письмо городского Робинзона





…После развода труднее вcего мне было привыкнуть к внезапно свалившемуся на меня молчанию. Оказалось, что живущие в одном доме люди постоянно говорят друг с другом. Простые обыденные вопросы, которые забываются уже через пять секунд после ответа, всё равно наполняют сознание звуками речи, и ощущением того, что ты не один. И это, не считая каких-то «больших» разговоров.

…Теперь я думаю, что звуки, которые издают люди в адрес друг друга дома вечерами, могут совершенно не нести никакой смысловой функции, вообще не быть связной речью, и всё равно они будут выполнять свою функцию взаимодействия – создания ощущения того, что человек не одинок...

…Так вот, спустя несколько дней после съезда моей бывшей жены, я со странной растерянностью обнаружил, что меня пугает собственное молчание. Что я провожу в тишине по многу часов, не издав ни одного звука. И что вообще человеческая речь в моём доме вечером звучит дико и странно, если, конечно, это не голоса из телевизора. Я вдруг стал чувствовать тяжесть языка лежащего без движения во рту, иногда терял ощущение линии сомкнутых губ, словно бы я Нео из "Матрицы" у которого "стёрли" рот. Борясь с этим, первое время я начал громко говорить вслух сам с собой, с котом, с телевизором – только чтобы не слышать эту тишину. Было некомфортно. Оказалось, что я был привязан к голосу моей бывшей жены.

На привычку к тишине ушло, наверное, месяца два. Примерно столько же на то, чтобы перестать на подходе к дому задирать голову вверх, высматривая, есть кто дома или нет.

…Сейчас я привык к «режиму молчания» и он даже наполняет моё сознание ощущением комфорта. Я куда больше знаю силу слова, чем многие другие, потому, что каждый вечер я погружаюсь в свою личную «омерту», а она учит ценить звуки.

Это не плохо и не хорошо, это просто жизнь городского Робинзона…