October 6th, 2003

победа

Начало

Никогда не вёл дневники. Но всё когда то бывает в первый раз.Попробуем. Всем привет!
…Так уж вышло, что десять лет назад в такие же пронзительно солнечные октябрьские дни я понемногу возвращался к жизни. Опутанный целой системой трубок, дренажей я учился спать не шевелясь, есть и пить лёжа, не промахиваться в "утку" и ещё целой куче всяких грустных больничных премудростей, с которыми обычно знакомишься на койке хирургического отделения.
А ещё я учился молчанию. По больницам и госпиталям уже во всю сновали оперативники в поисках «активных участников путча», людей выдёргивали прямо с больничных коек и увозили в тюремные застенки. Большинство товарищей пряталось по родственникам и дальним дачам. Шли обыски и аресты. Меня тоже разыскивали. Мои фотографии и описания были у оперативников, но сбивало их с толку то, что на них я был в форме, и искали они некого офицера - десантника, а на больничной койке лежал журналист гражданской газеты…
Тогда мне повезло. Меня не нашли, не «вычислили». Может быть, рвения большого не было, а может быть, уже и без меня в изоляторах и тюрьмах было набито достаточно народу для образцово-показательной экзекуции, которую мечтал устроить Ельцин. Алексей Казанник, назначенный в те дни генеральным прокурором России, в интервью «Комсомольской правде» (12.4.94) вспоминал, как в администрации президента его инструктировали: «Не проводить никаких политических процессов... Октябрьские события расследовать за 3-4 дня, предъявить всем обвинения по статьям 102 и 17, то есть за соучастие в убийстве... Процесс должен длиться два-три дня, и всех надобно приговорить к смертной казни!» Огромное человеческое спасибо ему за то, что не выполнил этот приказ. Как мало в России людей способных ставить собственную честь выше верноподданнического холуйства.

...А ещё десять лет назад я был счастлив. Она была рядом со мной. И этот журнал попытка рассказать ей мою жизнь. Не знаю, что из этого выйдет. Скорее всего ничего не выйдет. Все мосты давно сожжены...