Бондарчук как ископаемое

Начну с резюме – после «Обитаемого острова»  Федя Бондарчук как режиссер для меня закончился. Причём – совсем. Если его «9 рота» была откровенно слабой, лживой и дешёвой, но всё же картиной, то «Обитаемый образ» это уже вершина кинохалтуры.

Проблема фильма не в его абсолютной глупости. Это уже, как говориться, диагноз.

Проблема не в том, что так снимать сегодня просто нельзя. Тут с Феди спрос небольшой – выше головы не прыгнешь. Поговорку о том, что природа отдыхает на детях гениев – увы!- не зря сложили.

Проблема в том, что ТАК БЕСПОМОЩНО снимать невозможно. Но Бондарчук умудрился.

Растягивать рецензию не вижу смысла и потому буду краток.

Весь фильм я не мог освободиться от чувства стыда. Стыда за то, что меня как зрителя, авторы фильма пытаются всерьёз держать за полного идиота. Весь фильм я должен был жевать жвачку  из украденных у других режиссёров приёмов, образов и сцен.

Ничем не замутнённый плагиат мира планеты Саракш, украденный частью с «Бегущего по лезвию бритвы» Скотта, кусками из «Вспомнить всё» Верховена.

«Боевуха» нарезанная из «Звёздной пехоты» того же Верховена.

Непрерывные «вырезки» из Спилберга и Стоуна.

Оригинального, бондарчуковского, была разве что эффектно  выпирающая из платья задница Юлии Снегирь (Рады Гаал). Да и та, боюсь, была слизана у кого-нибудь типа Брасса.

Вторая проблема в том, что в фильме просто не существует «движка». Не самый сложный и вполне кинематографичный сюжет Стругацких Бондарчук умудрился превратить в набор непрерывного и ничем не замутнённого идиотизма.

В один вечер блондинистый герой умудряется отпустить выродков, быть рассстрелянным в грудь из автомата, ожить, заживить раны, договориться с выродками, взорвать башню и вернуться в город, чтобы припасть к крутой заднице Юлии Снегирь.

Тут не то что Станиславский, но даже далёкий от кино порнограф Пьер Вудман воскликнет «Не верю!»

То есть задница у Снегирь – ничего, но вот всё остальное – полный бред!

Действия героев лишены всякой логики, сюжет разваливается на куски как предшественник Франкенштейна. Причинно – следственные связи отсутствуют, как и какие-либо понятия о том, что такое кинофантастика и чем она отличается от пародии на оную.

Всей команде сценаристов и режиссёров не хватило ума проконсультироваться у самых обычных школьных учителей астрономии, с чем может столкнуться на орбите корабль, а с чем нет? И что может быть в космосе, а чего быть никак не может?

Когда в первую минуту фильма корабль на орбите сталкивается с астероидом ( скорости сближения таких объектов составляют десятки километров в секунду! После столкновения на таких скоростях корабль просто превратился бы в пыль ), после чего благополучно входит в плотные слои атмосферы, без всякого труда, а главное - перегрузок их преодолевает, затем падает с высоты нескольких сотен километров на горный склон, и,  в итоге из него, зевая от скуки, выбирается гламурное блондинко без единой царапины и тщательно расчесанным кудрявым хаером, хватаясь руками за обшивку (типа руки из асбеста) слезает на землю, тут я просто сполз в кресло.

За такого дурака меня давно режиссёры не держали.

Потом, ещё несколько минут я тупо размышлял, а куда, собственно, делся с орбиты Саракша сам астероид с облаком обломков? Теоретически должен был рухнуть впереди корабля, но ничего этого не произошло. А ведь размер его повернул бы всю историю несчастного Саракша в другую сторону. Но астероид исчез. Испарился. Осталось только подивиться безумию фантазии господ Володарского и примкнувших к нему супругов Дяченко сочинивших подобную глупость.

Круче этого был только финальный захват дикого танка.

Это уже был просто финиш!

Представьте себе нечто размером с микроавтобус, с кукольной башенкой и микроскопической пушчёнкой, которой в конце 19 века разгоняли зулусов в саванне, выкрашенное к тому же в РОЗОВЫЙ (!!!)  цвет – это и есть легендарный атомный танк, автономное чудовище десятки лет колесившей по мёртвой зоне.

Его в пять секунд укрощает неутомимый землянин.

Крупным планом опускающийся «тяжёлый броневой люк» почему-то прикрученный  к фанерной «броне» обычной дверной петлёй на саморезах.

Вот на этом розовом гламурном самокатике гламурный блондинчик Вася Степанов – он же Мак Сим  в обнимку с Петей Фёдоровым – Гай Гаал и укатывают по розовой дороге во вторую серию. Ей богу, продолжение этого убожества  лучше было бы доверить Роману Григорьевичу Виктюку – получилось бы талантливее…